Бхакти Вигьяна Госвами. Семинар «Код сампрадаи», Москва, 2015 г., лекция 2

Аннотация: Три категории преданных. Что такое даршан.

***

Харе Кришна. Прошу прощения, что я пропустил лекцию третьего числа. Я хотел, но Кришна распорядился иначе – я не смог. В любом случае у нас с вами долгое путешествие. Вначале, я хотел напомнить в двух словах, зачем мы с вами начали этот семинар. Я также хотел поблагодарить Ананта Шри прабху за то, что он заместил меня и дал здесь лекцию. Спасибо большое. По сути дела, этот семинар должен помочь нам увидеть целиком философскую систему, в которой мы живём; помочь яснее понять место нашей философии во всём огромном явлении индуизма или ведической религии, санатана-дхармы; понять, почему именно гаудийа-сампрадайа; почему мы выбрали её; почему мы хотим идти этим путём, и куда мы можем прийти, и почему, идя этим путём, мы можем найти нечто удивительное, чего нельзя найти в других путях.В связи с этим я хотел прочитать один очень важный комментарий из 22 главы «Мадхья-лилы» «Шри-Чайтанья-чаритамриты», где Господь Чайтанья даёт наставления Санатане Госвами. В Своих наставлениях Санатане Госвами Он описывает три категории преданных. Мы все об этом слышали, но, тем не менее, это очень важный комментарий для всех нас. Я прочитаю 70 и 71 текст.

70 текст – это цитата из «Бхакти-расамрита-синдху», где описывается комала-шраддха, или мягкая, подвижная, подверженная внешним влияниям, неустойчивая шраддха, или вера неофита. Йобхаветкомала-шраддхахсакаништхонигадйате. «Того, чья вера еще не очень сильна, кто только вступил на путь бхакти, следует считать преданным-неофитом».

И 71 стих очень важный. Рати-према-таратамйебхакта — тара-тама/ экадашаскандхе тара карийачхелакшана.«Уровень преданного определяется по глубине его привязанности и любви. В Одиннадцатой песни „Шримад-Бхагаватам“ приводятся следующие признаки». И комментарий Шрилы Прабхупады: По словам Шрилы Бхактивиноды Тхакура, если человек обрел веру в сознание Кришны, его следует считать достойным кандидатом для дальнейшего совершенствования в сознании Кришны. Тех, кто обладает верой, подразделяют на три категории: уттама, мадхьяма и каништха (высшая категория, средняя и низшая). Преданный первой категории твердо верит в священные писания и способен вести дискуссии на основе шастр. Он полностью владеет наукой сознания Кришны. Мадхьяма-адхикари, преданный второй категории, обладает твердой верой в сознание Кришны, однако не может обосновать свои убеждения цитатами из шастр. У начинающего преданного твердой веры пока нет. Такова классификация преданных.

По тому же принципу подразделяются уровни самой преданности. Неофит верит, что только любовь к Кришне, или сознание Кришны, по-настоящему приносит благо, однако он может не знать, в чем заключаются основы чистого сознания Кришны и каким образом стать совершенным преданным. Иногда такой неофит привязан к другим путям: карме, гьяне или йоге. Когда он освобождается от этих привязанностей и преодолевает уровень смешанной преданности, он становится преданным второй категории. Овладев логикой шастр и научившись подтверждать свои слова цитатами из священных писаний, он становится преданным первой категории. Иногда для классификации любви преданных и их привязанности к Кришне употребляют лингвистический термин таратамйа, обозначающий три степени прилагательного: положительную, сравнительную и превосходную.»

Как мы говорим: сильный, сильнее, наисильнейший. И таратамйа – значит тара-тама. Преданный находится в этой градации, в этой таратамйе, на этой иерархической лестнице. В конечном счёте, Шрила Прабхупада всё здесь сводит к пониманию логики шастр, к внутренней убеждённости, к тому, насколько у нас есть внутри решимость идти по этому пути, не отвлекаясь на что-то иное, и пониманию того, что то, что мы можем найти на этом пути, – самое ценное. На этом пути мы можем найти любовь к Богу, и нет ничего более высокого, чем любовь к Богу. Если мы будем идти правильно. И нужно знать, как идти по нему, чтобы любовь к Богу обрести. И последний абзац этого комментария.

«Следует понять, что мадхьяма-адхикари, преданный второй категории, полностью убежден в истинности сознания Кришны, однако он не способен поддержать свою убежденность словами шастр. Неофит может пасть из-за общения с непреданными, поскольку у него нет твердой убежденности и положение его шатко. Преданный второй категории, не способный отстаивать свою позицию ссылками на шастры, может постепенно стать преданным первой категории, если будет изучать шастры и общаться с преданными первой категории. Однако,[Слушайте очень внимательно.] если преданный второй категории не общается с более возвышенными преданными, он не будет развиваться. Для преданного первой категории падение исключено, даже если он ради проповеди общается с непреданными. Постепенно углубляясь, вера и убежденность возвышают человека до уровня преданного первой категории.

Собственно, всё в этом небольшом комментарии сказано. Мы сами знаем, что когда вера наша слабая, и кто-то подходит и говорит нам что-то… Он может сказать несколько слов, и весь мир наш шатается. И мы уже думаем: «Что я тут делаю вообще, нужно мне это, и зачем мне это нужно, куда это приведёт?» Либо человек остаётся наедине со своими сомнениями, приходит в общество преданных, его немного реанимируют. Либо он пытается убежать от всего этого. Либо он опять идёт туда и, в конце концов, сомнения разъедают его изнутри. Любопытна эта промежуточная категория – мадхьяма-бхакты, который вроде бы убеждён, но не до конца. Он вроде бы убеждён, что это путь, которым нужно идти, но при этом он не может подтвердить это. Поэтому Шрила Прабхупада настаивает здесь, даже такому преданному обязательно нужно общаться с более возвышенными преданными. Потому что по-настоящему практиковать бхакти можно, только достигнув самого высокого уровня. Без этого практика будет слабой. Эта слабая практика не будет приводить к желаемым результатам. Мы очень много времени будем тратить на какие-то метания.

Если преданный-неофит слышит какие-то оскорбления, или кто-то высказывает какие-то сомнения, или пытается опровергнуть его, то у него появляется страшное выражение на лице. Не мучайте меня, пожалуйста, оставьте меня в покое. Когда что-то такое говорят мадхьяма-адхикари, он кивает головой, улыбается и ничего в ответ не говорит. А когда что-то говорят уттама-адхикари, он в ответ говорит: «Ага!» (Махарадж показывает рубящие жесты) Он знает, каким образом отстоять, каким образом, почему, почему этот путь. Это очень важно, для того чтобы, действительно, идти по этому пути и пройти этот путь.

Я уже объяснял, что логика нашего семинара будет похожа на «zoom» – мы постепенно-постепенно будем идти с самого широкого охвата к деталям. Мы в прошлый раз попытались максимально широко увидеть  индуизм как широкий фон, на котором возникла гаудийа-сампрадайа. Немного поговорили о том, что это, почему. Одновременно с этим мы сказали, что индуизма нет. Индуизма нет, равно как нет такой религии как американизм. Это некий конгломерат. Тем не менее, что есть вместо индуизма? Санатана-дхарма. Санатана-дхарма что значит? Значит верность, следование универсальным законам жизни, вечным, универсальным законам жизни. Иначе говоря, изначально не возникало какой-то относительной религии. Возникало явление, когда люди пытаются постичь истину и объясняют методологию постижения истины. Мы будем немного более подробно говорить об этом сегодня: в чём заключается эта методология. По сути дела, когда я уже вплотную приближусь к сампрадае, я объясню, каким образом эта методология работает. Но весь индуизм – это методология постижения истины в разных приближениях.

Мы сказали, что индуизма нет, и Индии тоже нет. Есть кто? Бхарата – земля, где люди искали истину, где люди были привержены свету истины. Одновременно с этим мы сказали, что индуизм существует, и не нужно чураться этого понятия. Для внешних людей существует такое понятие индуизм. Было бы глупо, если бы всякий раз, когда кто-то говорил индуизм, мы бы говорили, что это ерунда, индуизма нет, вы ничего не понимаете. В связи с этим мне хотелось напомнить вам одну историю. Вы наверняка слышали эту историю про Шрилу Прабхупаду. Когда Шрила Прабхупада приехал в какой-то аэропорт, в Нью-Йорк, по-моему. Была большая пресс-конференция. Один репортёр опоздал. Он был японцем. И когда Шрила Прабхупада уже уходил, он впопыхах, торопясь, подбежал к нему, сунул микрофон, и, пытаясь поймать свой последний шанс, спросил: «Чем вы отличаетесь от других буддистов?» Шрила Прабхупада остановился, осмотрел его. Слушайте, это очень важный ответ, который дал Шрила Прабхупада. Шрила Прабхупада в ответ не стал играть по его правилам. Обычно люди играют по правилам – каков вопрос, таков ответ. На глупый вопрос обычно даётся глупый ответ. Человек как бы принимает навязанные ему правила. И Шрила Прабхупада, или любой другой человек на его месте, мог бы начать объяснять, что мы не буддисты, на самом деле мы индуисты, а индуисты отличаются от буддистов. Шрила Прабхупада, глядя ему прямо в глаза, так что того пробрала дрожь, сказал: «Мы не имеем ничего общего ни с буддизмом, ни с индуизмом, мы учим истине, и если истина дорога вам, вы её примите», закинул чадар и пошёл. Оторопевший репортёр остался стоять и долго пытался понять, что же ему такое сказали. Его сбили с этой относительной платформы. Иначе говоря, на относительном уровне, да, есть некое явление индуизма, или санатана-дхармы, но что касается нас, мы не индуисты. Мы ищем истину и пытаемся понять эту истину.

Я давал очень важное определение индуизма, или санатана-дхармы. Очень важное. Мне хотелось ещё два слова сказать по этому поводу. Я говорил, что индуизм, или санатана-дхарма, – это система постепенного возвышения сознания каждого человека до уровня духовности, или до уровня предания себя Богу, но это уже слишком высокий уровень. Это некая универсальная система, которая позволяет каждому человеку, несмотря на то, что у людей разные отправные точки, возвыситься до уровня духовности. Она именно универсальна, потому что она учитывает каждого. И для того, чтобы возвысить каждого человека, в индуизме существуют две вещи. Это очень важная вещь. Я уже, в принципе, об этом говорил, вы все об этом знаете, но мне хотелось заострить ваше внимание на этом. Этим индуизм, или ведическая система, очень сильно отличается от всего остального, от всех остальных религиозных явлений. Потому что для того, чтобы возвысить сознание каждого человека, в индуизме существует индивидуальная духовная практика для возвышения человека, в соответствии с адхикаром человека, и что существует ещё? (версии из зала) Нет, гуру, понятно, – это часть нашей индивидуальной духовной практики. Индуизм возвышает индивидуального человека, что ещё он делает? Социальную систему. Социальная система в индуизме, или в ведической культуре, – это система возвышения сознания. Сама по себе социальная система предназначена не для того, чтобы научить людей быть образцовыми потребителями, не для чего-то ещё, а для того, чтобы помочь людям возвысить своё сознание, расширить своё сознание. Индуизм помогает возвысить своё сознание на индивидуальном уровне и на уровне социума.

В том социуме, в котором мы живём, наша индивидуальная духовная практика – это наше личное дело. И весь социум, каким образом настроен к нашей индивидуальной духовной практике? Мы все знаем. Хорошо очень, да? (смех) Есть антагонизм. Она не поощряется в лучшем случае – это твоё дело, и делай, что хочешь. В худшем случае мы посадим тебя в тюрьму. Мы испытали это на своём опыте: кого-то из нас сажали в тюрьму, против кого-то из нас возбуждали уголовные дела, кого-то из нас выгоняли с работы. Это то, до какой степени социум современного общества антагонистичен духовной практике. Но варнашрама-дхарма –это социальная система возвышения человека, в зависимости от того уровня, на котором он находится.

Индуизм – это сложная вещь. Если мы возьмём любую другую религиозную, или духовную систему, она, в общем-то, старается быть максимально простой. Там даются какие-то правила, и все должны следовать этим правилам. Самая парадоксальная вещь, что в индуизме нет общих, универсальных правил. Почему нет общих, универсальных правил? Потому что все люди разные – это одновременно сила и слабость индуизма. Люди ломают себе голову, люди говорят: скажите мне, пожалуйста, что-нибудь попроще, что-то вы замудрили там. Иногда нам хочется простоты какой-то. Шрила Прабхупада, зная это, сказал: «Вот четыре регулирующих принципа, шестнадцать кругов – вернётесь к Богу, Харе Кришна». Иногда нам как преданным нужна максимальная простота: скажите, вот это можно, это нельзя? На самом деле, конечно же, реальность сложнее. Когда мы пытаемся всех втиснуть в один стандарт, то, что появляется… У Враджендра Кумара прабху есть этот семинар очень хороший, где он эту вещь объясняет. Он объясняет, что когда мы все пытаемся соответствовать некоему одному-единственному стандарту, мы в какой-то момент начинаем ощущать безнадёжность. Мы начинаем понимать, что-то я не могу, я не могу с этим справиться, не могу этому идеалу соответствовать.

Изначально-то система как бы учитывает индивидуальное положение каждого человека и говорит: хорошо, вот это твоё положение, и сделай ещё несколько шагов. Она объясняет человеку, что мы живём не один раз, и главное – двигаться, дорогу осилит идущий. Безусловно, основным двигателем духовного прогресса является общение. Я говорил об этом в прошлый раз. Общение – это то, что, собственно, обеспечивало общество варнашрамы. Это то, что ИСККОН должен обеспечивать. Шрила Прабхупада говорит: «Я создал это общество для одной-единственной цели – для того, чтобы у людей была возможность общаться с преданными». Общение – самое главное. Мы никуда не сдвинемся с мёртвой точки, и ничего в нашей жизни не поменяется, если у нас не будет общения, причём правильного общения.

Мы все разные, у нас разные машины, но душа одинаковая. С точки зрения санатана-дхармы, мы все одинаковые, перед Богом мы все равны, не важно, кто женщина, кто мужчина. Со Шрилой Прабхупадой была эта замечательная история, когда он болел, ему служили Гаурасундара и его жена Говиндадаси, и Киртанананда. Киртанананда ещё не был санньяси, но уже был брахмачари. Он всё время указывал Говиндедаси на то, что она падшая женщина. В конце концов, она не выдержала, подошла к Шриле Прабхупаде и сказала: «Это правда, что у женщины нет никаких шансов на духовный прогресс?» Довёл он её. Шрила Прабхупада посмотрел на неё и сказал: «Правда, если ты считаешь себя женщиной, то у тебя нет никаких шансов на духовный прогресс». На самом деле, мы не женщины, мы не мужчины, мы не брахмачари, мы не санньяси, мы – дасадасаанудаса. Чайтанья Махапрабху сказал: «Мы все равны перед Богом, и наше равенство перед Богом заключается в том, что наш идеал – стать слугой слуги слуги – это может каждый». Но одновременно с этим у нас есть машины, и эти машины разного года выпуска. Некоторые уже нуждаются в капитальном ремонте, некоторые начинают разваливаться. Эти машины выпущены на разных фабриках, у кого-то получше, у кого-то похуже. Эти машины самые разные: какая-то может ехать с большей скоростью, какая-то машина может ехать с меньшей скоростью. Самое поразительное, что одно и то же сознание одинаковой души по природе своей в этом мире проявляется через что? Через тело, правильно? Поэтому проявляется разное сознание, поэтому возникают разные пути, разные методы, разные принципы.

Преданные иногда бывают полностью сбиты с толку. Они читают «Рамаяну» и говорят: «Рам ел мясо! Пандавы ели мясо в лесу, чистые преданные ели мясо! Что мне теперь делать? Как мне быть? Как теперь дальше жить?» Всё у них шатается. Как жить вообще? Может нас обманули? Или что мне тоже мясо есть? Тут у нас напротив магазин «Мясо» называется. Ещё раз, друзья мои, суть-то в том, что Веды тем и отличаются от всего остального, что там… Слушайте – это очень важная вещь! С одной стороны, Веды утверждают, что есть абсолютное благо. Это абсолютное благо – Бог. И есть абсолютные принципы, которые во всех ситуациях приносят благо человеку. С другой стороны, они говорят, что в зависимости от вашего уровня следуйте лучше тем принципам, которым вы можете следовать. Это не значит, что надо мясо есть. Это не значит, что надо сейчас нарушать принципы, которые дал Шрила Прабхупада. Мы до этого дойдём. Просто суть в том, что в индуизме нет каких-то жёстких фанатичных запретов, а есть понимание того, что разные люди находятся на разном уровне. И самый поразительный пример этого – это история Мригари и Нарады Муни. Все читали эту историю в «Чайтанья-чаритамрите» или в «Учении Господа Чайтаньи». Мригари наслаждался видом мучений животных. Он убивал животных наполовину, и агония умирающих животных доставляла ему извращённое наслаждение. Нарада Муни увидел этих корчащихся в муках полуубитых, полумёртвых животных, и он увидел этого страшного охотника, жуткого, адиваси, аборигена в каких-то шкурах. Когда Мригари хотел дать дакшину своему гуру, он сказал: «У меня шкур тут много, хочешь тебе дам тоже?» У него ничего другого не было, но шкуры были, или как сейчас бы сказали «меха». Нарада Муни с огромным состраданием посмотрел на него, но что он ему сказал? Он ему не сказал: «Эй ты, негодяй, перестань есть мясо». Он ему сказал: «Ты охотник – убивай, но убивай до конца». Потом он ему показал, как он будет страдать. Короче говоря, очень быстро он стал преданным. Суть в том, что он дал ему некую промежуточную ступень, промежуточное правило. Сделай один шаг. Вот твоя дхарма, не нарушай свою дхарму. Если ты охотник, то убивай, но убивай так, чтобы минимум страданий принести.

В Ведах есть эта категория, которую люди очень часто не могут понять. Об этом говорится в одиннадцатой песни «Шримад-Бхагаватам» (5.11): локе вйавайамиша-мадйа-сева нитйахиджанторна хи татрачодана/ вйавастхитис тешу виваха-йаджна сура-грахаир асу нивриттиришта. У людей всегда есть три склонности: склонность к мясу, склонность к вину и склонность к сексу, склонность к плотским наслаждениям страсти. Поэтому, учитывая эту склонность, в Ведах даётся правило, как можно эту склонность реализовать, при этом постепенно очистившись. Люди не понимают этого – это называется парисанкхья-виддхи. Виддхи – значит правила. Обычно правила значат – делай то-то. Парисанкхья-виддхи – это правило: делай то-то, чтобы, в конце концов, перестать это делать. Если человек курит две пачки в день, то, что вы ему посоветуете? Да, одну кури. Потому что, если вы ему скажете: «Брось курить!» Он бросит общаться с вами. Это поразительная вещь: иногда в Ведах прославляется что-то. Почему в Ведах прославляются какие-то вещи? Например, в «Законах Ману» говорится, что, в принципе, можно есть мясо того и того, и мясо птиц, – долго-долго всё перечисляется, а потом говорится, что вообще-то ничего этого есть не нужно. Дальше говорится: да, на каком-то уровне можно, для того чтобы перестать это делать.

Мы знаем, Шрила Прабхупада часто рассказывал эту историю про то, как Веды рекомендуют есть мясо. Если вы хотите есть мясо – отлично! Поздравляю вас с этим. Для этого нужно взять чёрную козу и в ночь новолуния, в чёрную ночь вывести её во двор, взять остро наточенный нож, и перед тем, как закласть её, шепнуть ей в ухо: «Сейчас я убиваю тебя, но потом ты будешь убивать меня». Шрила Прабхупада говорит: «Ну, раз, два, три, четыре человек так сделает, а потом подумает: а что я делаю-то? Мамса – значит, сейчас я делаю это с тобой, потом ты будешь делать это со мной. Это индуизм, там нет чёрно-белого. Индуизм не чёрно-белый. У нас, к сожалению, чёрно-белое мышление. Нам иногда очень сложно бывает во всём этом разобраться.

Тем не менее, когда речь идёт о нас, когда речь идёт о наставлениях человеку, мы очень хорошо должны это понимать. Иногда ко мне приходят люди и говорят: «Я от кофе не могу отказаться, это очень плохо? Я теперь в ад пойду?» Нет. Избавишься, постепенно избавишься от кофе, от шоколада, ещё от чего-то. Мы уже от стольких вещей избавились. Поднимите руки, кто от многого избавился. Кому ещё есть от чего избавляться? Не проблема, главное идти и понимать, куда мы должны, в конце концов, прийти. Поэтому слушайте дальше – это очень важно! Мы говорили, что у индуизма нет творца, и в то же самое время мы сказали, что индуизм сотворил Вивекананда на заре девятнадцатого века. Мы говорили, что индуизм самая древняя религия, у которой нет начала, и в то же самое время мы сказали, что основные положения индуизма в девятнадцатом веке сформулировал Вивекананда. Я надеюсь, вы понимаете, что имеется в виду. Я уже всё это объяснил, так или иначе. Итак, это самая древняя религия, или самая древняя духовная система, универсальная духовная система. Но при этом мы сказали одну очень важную вещь, какова сварупа-лакшана индуизма, или санатана-дхарма. Мы называли десять разных утверждений. Их можно формулировать по-разному, но есть одно самое важное. Какое? Сварупа-лакшана? Кто может считать себя по-настоящему последователем санатана-дхармы? Тот, кто признаёт священные писания: ведические священные писания, писания ведической традиции. Это очень важно. Потому что, что происходит дальше. Из этой сварупа-лакшаны вытекает всё остальное. Во всех остальных правилах есть какие-то вариации, ещё что-то такое. Главное в санатана-дхарме – это принятие Вед. Поэтому Шрила Прабхупада во введении в «Шри Ишопанишад» объясняет эти Веды.

Я объяснял, что такое Веды. Чем Веды так важны? Что они дают человеку? Что? Дисциплину, правильно? Они дисциплинируют человека, недисциплинированного атеиста, который привык жить, как ему хочется. Они дают определённые правила, учитывая его уровень, его положение. В прошлый раз мы объясняли, как этот закон работает. С чего обычно начинается духовный путь? С чего начался ваш духовный путь? (версии из зала) С общения? А общение с чего началось? С разочарования, со страданий. Начинается всё со страданий. Главный вопрос философии, который решают все ведические философии, какой? Мы в своё время проходили марксизм-ленинизм. Владимир Ильич Ленин писал, что главный вопрос философии: что первично – материя или дух? Так вот, это не главный вопрос философии. Главный вопрос философии – почему я страдаю? Главный вопрос, на который должна ответить любая философия, – это почему я страдаю? Как мне избавиться от страданий? И человек приходит, он приходит к знающим людям, которые являются носителями знания, к брахманам, к интеллектуалам в ведическом обществе. И какова обязанность этих людей? Какова наша обязанность, как представителей ведической культуры? Если человек к нам приходит с вопросом. Какова наша главная обязанность, первая? Породить в человеке веру в шастры. Мы должны им сказать, что нужно следовать так, нужно делать это. Но нужно обязательно сказать, откуда всё это взялось. Этим я как раз восхищаюсь в Аударья Дхаме прабху, тем как он это делает. Он может порождать в людях эту веру в шастры, в ведические писания.

Что дальше порождает вера в шастры, каким образом это всё действует? Я объяснял в тот раз механизм. Когда человек поверил в шастры, то во что он постепенно начинает верить? В карму, правильно? Потому что это основная характеристика шастр. Шастры объясняют, что есть закон причин и следствий, есть карма. За кармой что следует? Дхарма: что я должен делать, что входит в мои обязанности, чтобы, так или иначе, нейтрализовать страдания, вызванные кармой. Если есть карма и дхарма, значит, что есть? Душа есть, правильно? Карму я откуда принёс? Из прошлой жизни. У меня не было тела – это значит, что я существую, что есть перерождение; это значит, что мир временный; это значит, что нет смысла искать здесь счастья. Это значит, что нужно, что искать? Освобождение и, в конце концов, любовь. Таким образом, столкнувшись с Ведами, начинает происходить преображение человека. Это ещё один очень важный момент, который мне хотелось подчеркнуть здесь. Любая религия, любой духовный путь требуют преображения. Санатана-дхарма в гораздо большей степени, чем любой другой духовный путь, подразумевает, требует, настаивает на преображении. Если я верю в Веды, я должен поверить в то, что я должен измениться, что у меня не всё в порядке. Я должен не просто поверхностно поменять свою жизнь, я должен поменяться на уровне сердца.

Веды говорят о трёх путях. Есть только три пути в этом мире. Какие три пути? Карма, гьяна и бхакти. Всё. Чуть-чуть мы с вами сузили этот «zoom». Во всех Ведах говорится, что есть три пути. Путь кармы. У кого есть квалификация, чтобы идти путём кармы, или карма-йоги? Какая квалификация, чтобы идти путём карма-йоги? Квалификация очень простая: если есть материальные желания – можете идти путём бхакти-йоги. Потому что это то, с чего все начинают. Карма – это некая отправная точка. У нас у всех есть материальные желания, мы хотим исполнить свои материальные желания. Веды говорят, как можно исполнить свои материальные желания, и при этом страдать, но не очень сильно. В конце концов, мы разочаровываемся. И когда мы разочаровываемся, то у нас появляется квалификация для чего? Для того чтобы идти по пути гьяны. А какова квалификация, для того чтобы идти по пути бхакти? Вера. Вера во что? Вера в Кришна-катху: в «Бхагавад-гиту» и в «Шримад-Бхагаватам». Вера в священные писания, но, прежде всего, в бхакти-шастры: в «Бхагавад-гиту» и в «Шримад-Бхагаватам». Собственно, это было небольшое повторение того, о чём мы говорили в прошлый раз.

Завершая эту часть, я хотел сказать одну вещь. Признавая наличие разных путей, признавая наличие разных квалификаций у человека, и понимая то, что человеку нужно с чего-то начать, мы, тем не менее, пытаемся увидеть целиком это здание. Мы не говорим, что всё одинаково хорошо, мы не имперсоналисты. Мы видим, что одно лучше, другое хуже; одно выше, другое ниже. При этом мы понимаем, что для кого-то нужно несколько шагов в этом направлении сделать, прежде чем он сможет достичь чего-то ещё. Если у нас есть духовное могущество. У духовно могущественного человека есть способность порождать веру в Кришна-катху практически в любом человеке. Говорится, что если человек находится на уровне премы, он может дать бхакти любому. Увидит кого-то, захочет, мигнёт, и тот всё, Харе Кришна. Такой способностью обладают преданные, вайшнавы определённого уровня, и такой способностью обладает Святая Дхама. Святая Дхама может дать квалификацию человеку, даже не обладающему необходимой квалификацией. Человек приезжает туда и буквально преображается.

Мне недавно рассказали одну замечательную историю. Её рассказал мне Джапа прабху. У её сестры был муж. Этот муж всё возненавидел, когда она стала преданной. Он был партийным лидером, парторгом своей организации. Он рвал и метал, он ругался. Он говорил: «Чтобы духу их не было! Ничего! Никогда! От мяса? Да, никогда! Ни за что!» Когда у него дети стали спрашивать: «Папа, а можно мясо есть?» Он выходил из себя, он взвивался под потолок. В конце концов, его сестра спросила у своего духовного учителя: «Что мне делать с этим? Я не могу уже больше так жить. Уйти мне от него или не уйти? Или остаться и исполнять свой долг?» Её духовный учитель сказал: «Возьми его в Святую Дхаму». Она сначала не поняла, не поверила, подумала, что он там будет делать вообще. Они привезли его в Майяпур. В Майяпуре все ходят с чётками, повторяют Харе Кришна. Он ходил очень настороженный. На второй день к нему подошла какая-то матаджи, повесила ему на шею мешочек с чётками и сказала: «Ты повторяй иногда; все повторяют, и ты повторяй, когда делать нечего». Он стал думать над этим. На третий день он стал повторять шестнадцать кругов маха-мантры, и повторял их до конца своих дней. (возгласы в зале: Харибол!) То, каким образом преображение может произойти, если будет на это милость.

Тем не менее, мне хотелось пойти с вами ещё дальше. Мы с вами описали в общих чертах три пути. Мы не будем на них слишком долго останавливаться. Сегодня мне хотелось поговорить с вами об основной нашей теме, что такое даршан, или философская система. Изначально существовали Веды. Веды описывали философию, но эта философия не была никоим образом систематизирована. Люди просто жили определённым образом, принимая ведическую систему. Они принимали определённую практику. Даршаны – это явление уже Кали-юги. Даршан буквально значит видение. Но обычное конвенциональное значение слова даршан – философия, или философская система, которая объясняет Веды. Это философская система, которая объясняет философию Вед, или суть Вед, смысл Вед, и позволяет человеку заниматься определённой духовной практикой. В любом даршане всегда есть две вещи. Слушайте, сейчас это будет уже гораздо более интересная вещь. В даршане есть теория, и есть практика. Всегда есть самбандха-гьянаи садхана, и садхья есть, конечная цель. Конечная цель у всех ведических философий одна. Какая конечная цель? Избавиться от страданий, или стать счастливым. Очень важно, принципиально важно. Что значит слово философия? Любовь к мудрости, или любомудрствование. Очень важно, что в ведической культуре философия называется не философией, не любомудрствованием, а даршаном. Что подразумевает слово даршан? Даршан – значит видение. То есть, что подразумевает слово даршан? Видение, что значит? А? (версии из зала) Видение – означает реализация, правильно? Не теория, я должен увидеть что-то. Даршан – это то, что делает меня способным увидеть. Что увидеть? В конечном счёте, я должен увидеть истину. Иначе говоря, даршан – это философская система, которая помогает человеку действительно узреть истину, или реализовать истину; не просто теоретически что-то понять, а именно увидеть, или реализовать истину. В этом, собственно, смысл всех Вед.

Кто знает, от какого корня происходит слово «Веда»? От слова «вид». «Вид», что значит? Видеть. «Видеть» русское слово от этого корня. Веда происходит от этого. Веда – это то, что даёт нам возможность увидеть. Какая главная мантра всех Вед? Только не говорите Харе Кришна маха-мантра. Это не совсем так. Какая главная мантра Вед? (версии из зала) Не Ом. Гаятри-мантра, правильно? Гаятри-мантра из «Риг-веды»: ом бхурбхувах сваха тат савитур… Кто знает, в чём смысл Брахма-гаятри-мантры? Говорится, что Гаятри-мантра – это Веда-мата, это та мантра, формула, из которой вырастают все остальные Веды. Гигантское дерево Вед вырастает из одной маленькой гаятри-мантры, из формулы в двадцать четыре слога. Гайатри – это стихотворный размер в двадцать четыре слога. «Бхурбхувах свах» даже не входит туда. «Тат савитур вареньям бхарго», и так далее. Кто знает, в чём смысл Гаятри-мантры? В чём суть? Потому что смысл Гаятри-мантры – это автоматически смысл Вед. В чём смысл гаятри-мантры? Поднимите руки, кто из вас повторяет гаятри-мантру. Стесняются. В чём смысл мантры, которую вы повторяете? Гаятри, или савитри – это обращение к Богу Солнца. «Тат савитур вареньям бхаргодевасья дхимахи…» – я размышляю над этим божественным сиянием Солнца, савитара. Это сияние является объектом моего поклонения. Почему? Потому что сияние Солнца даёт мне возможность видеть. В конце концов, речь идёт не о физическом Солнце, не о физическом сиянии. Речь идёт о изначальной энергии Бога, которая высвечивает Самого Бога. Изначальная энергия Бога может тёмного Бога… Бог какого цвета? Чёрного, его не видно. Может высветить нам тёмного, скрытого, непроявленного здесь Бога. Смысл гаятри-мантры в том, чтобы с помощью энергии, через посредство энергии, доступной нашему видению… Мы же соприкасаемся с энергией Бога? Кто-то соприкасается с энергией Бога? Три человека. Все остальные трансцендентные, не соприкасаются никак. Мы соприкасаемся с энергией, но нужно понимать, гаятри-мантра учит нас, как, соприкасаясь с энергией Бога, не запутаться, а увидеть Бога. Наоборот выйти на свет из этой тьмы. В этом смысл, собственно, гаятри. Очистить свой интеллект с помощью повторения гаятри-мантры, и, в конце концов, этим очищенным интеллектом увидеть Бога. Иначе говоря, что я хочу сказать: смысл всех Вед – увидеть, увидеть истину, увидеть Бога.

Иногда люди говорят: «Покажите мне Бога». Мы говорим: «Не проблема, приходите к нам, покажем со временем». Всё то, что мы делаем, мы делаем только для того, чтобы увидеть Бога. Поэтому это называется даршаном. Те, кто записывает, пожалуйста, запишите: даршан – это систематическая методология, с помощью которой мы можем увидеть истину, или реализовать эту истину. Поэтому всегда есть две части: есть теоретическая часть, и есть практическая часть, с помощью которой может случиться или произойти это таинство лицезрения Бога.

Есть замечательная книга лекций Бхактисиддханты Сарасвати Тхакура, где он даёт ещё одно очень интересное объяснение слова «даршан». Слушайте очень внимательно. Почему философия называется даршан. Он говорит… В санскрите есть несколько понятий. Есть драшта, есть даршан, и есть дришья. Драшта – это наблюдающий, правильно? Дришья – это объект его наблюдения. Есть драшта, есть дришья. Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупад говорит, что процесс, который связывает наблюдающего и объект наблюдения, называется даршаном. Это любопытная вещь. С одной стороны, мы ничего особенно нового не сказали. Да, есть я – наблюдающий, есть то, что я наблюдаю, то, что я вижу, и есть процесс этого видения – это называется даршан. Но почему философия называется даршаном? Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупад говорит, что философия называется даршаном, потому что процесс лицезрения, или видения чего-то направляется нашим умом. Иначе говоря, мы видим не реальность. Что мы видим? Мы видим реальность, преломлённую в нашем уме. Что такое даршан?

Сейчас вам станет понятно, что я хочу сказать, и что Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупад хочет нам сказать. В зависимости от того, каким образом мы понимаем этот мир, мы будем видеть его по-разному. Глаза будут одни и те же, но между глазами и объектом есть даршан, или философия, сквозь призму которой мы смотрим на мир. Если наша философия – материализм, что мы увидим в мире? Только материю и материальные наслаждения. Первый даршан, который не является, строго говоря, ведическим, но первое, с чего обычно начинают, – это Чарвака. В Индии тоже были материалисты. И они говорят, что есть только одна-единственная прамана, одно-единственное доказательство истинного знания. Какое? Пратьякша, то, что я вижу. Всё остальное ерунда. То, что вам говорят о Боге, вы же не видели никогда Бога? Всё не надо. Если мы говорим, что есть один-единственный способ, мы только это и увидим. Мы ничего другого не увидим. Человек, который смотрит на мир через призму такой философии, ничего другого не увидит по определению. Потому что он смотрит на мир через эту призму. Если ему поменять призму, он сможет увидеть что-то большее. Классический пример, который приводят обычно, это танцующая женщина. На сцене танцует красивая женщина, она делает разные жесты, и она водит животом. А в аудитории находится несколько разных людей. Первый – принц, раджа, который смотрит на неё. Что он видит? Кого он видит? Он видит красивую женщину, объект наслаждения. Рядом с ним сидит санньяси, аскет. Что он видит? Он видит кусок мяса, который дрыгается. Он видит скелет. Он реально видит скелет, обросший плотью. Рядом с ним сидит философ, великий гьяни. Что он видит? Он видит брахман. Брахман танцует. Он думает: надо же, Брахман такое выделывает. Он видит дух, он не видит всех этих внешних оболочек. И рядом сидит пёс. Он думает: Хорошо бы оторвать кусочек от этого. То есть, есть наблюдающий, есть объект наблюдения, и между ними есть даршан. Это называется философия.

Имеется ввиду, что наше видение мира, в зависимости от философии, которую мы начинаем изучать, исповедовать, принимать в своей жизни, и практики, которая конгруэнтна, или гармонично связана с этой философией, которая отвечает этой философии, мы начинаем видеть больше. Мы начинаем видеть, что-то ещё. Я хотел задать вам вопрос: кто увидел в мире нечто большее, чем он раньше видел, с тех пор как он стал практиковать ведическую философию? Увидели что-то, да? Не видели раньше, реально не видели. Было это? Было. Почему? Потому что между нами и объектом нашего наблюдения встал даршан. Даршан очень важен в этом смысле, чтобы мы, в конце концов, увидели Бога. Идеалом даршана является видение Абсолютной Истины – именно это очень важная вещь.

Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупад описывает здесь разные даршаны, разные философские системы, которые были в Индии. Мы немного поговорим об этом. О, у нас уже нет времени, да? Есть ещё несколько минут, да? Вы не устали? Хотелось сказать ещё несколько вещей. Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупад говорит, что в первом приближении, духовная философия – значит, что есть я, есть духовный даршан, и, в конце концов, есть объект моего созерцания. Кто основной объект моего созерцания? Кого я должен увидеть с помощью духовной философии? Бога. Но высшая ли это концепция или нет? Понятно, что если такой вопрос задаётся, то нет. Ясное дело, какой ещё ответ может быть? Какая высшая концепция? Совершенством даршана является то, что я прихожу, и не я пялюсь на Бога, не я пытаюсь увидеть Бога, а я веду себя так, чтобы Бог захотел увидеть меня. То есть на первых порах, даршан – это наш даршан, это наше видение мира. На высоком уровне, в высшем смысле понимания слова, даршан – это видение Бога. Поэтому Шрила Прабхупада назвал наше движение «движением сознания Кришны». Он объяснял, что такое сознание Кришны. Он говорил, что сознание Кришны – это способность видеть этот мир так, как его видит Кришна. Обрести сознание Кришны – значит научиться видеть мир сквозь призму Его сознания. То есть Его глазами смотреть на мир. Даршан, в высшем смысле этого слова, – это видение его таким, каким его видит Кришна.

Ещё несколько очень важных вещей. Послезавтра мы уже, собственно, будем говорить об определении сампрадаи, чего-то более узкого. Но сейчас мы пока ещё находимся в очень широких категориях. Есть шестнадцать даршанов. Есть замечательная книга, которую написал Мадхвачарья или Вриндаранья, не путать с Мадхвачарьей, который является основателем Гаудия-Мадхва-сампрадаи. Это имперсоналист, живший примерно в то же самое время, или чуть позже, четырнадцатый век. Он описал сарва-даршана-санграха. Он описал все даршаны, которые существовали в то время. Он описывает шодаша-даршан. Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупад ссылается на эту книгу. Это очень интересная книга, потому что он все эти даршаны описывает, не с какой-то нейтральной точки зрения, он описывает их как бы изнутри. При этом доказывает, что адвайта-вада, самая высшая, но это мы быстро опровергнем.

Он говорит, что есть шестнадцать даршанов. И в этом смысле, это полезно, потому что это некий компендиум, или описание, энциклопедия различных философских систем. Эти шестнадцать даршанов делятся на две большие категории: настика и астика. Настика – значит атеистические даршаны. К атеистическим даршанам относятся: Чарвака, боддха, или буддизм, и Джаймини. Первая система – Чарвака, вторая система – буддизм, и третья система – Джаймини. Почему они называются атеистическими? Там вроде бы говорится о Боге. Потому что они отрицают Веды. Астика даршаны – это даршаны, которые признают Веды, откровения. Тут, конечно, очень парадоксальное положение занимает буддизм. Потому что буддизм, с одной стороны… Мы как вайшнавы считаем, что Будда является аватарой Вишну. Это десятая аватара Вишну, или девятая аватара Вишну. Будда в списке всех даша-аватар. При этом Его философия – атеистическая философия. Иначе говоря, Кришна приходит в образе Будды – это Бог, который является атеистом, потому что Он отрицает Веды.

Я хотел задать вам очень важный вопрос: почему, с точки зрения ведической культуры, скажем так, займём нейтральное положение, даже если человек признаёт существование Бога, но отрицает, или не признаёт Веды, священные писания, он является атеистом? Кто может ответить на этот вопрос? (версии из зала) Веды – это тоже Бог. И что? Хорошо, я признаю одного Бога и не признаю Бога в виде Вед. Тепло, но не совсем так. Как, как? Ещё раз. Тепло, тепло, тепло. Веды – это способ постичь Бога. Если я отрицаю Веды, то, в конечном счёте, я не смогу постичь Бога. Я отрицаю возможность откровения, возможность того, что Бог станет доступен моему постижению. Как, например, Кант. Кант верил в Бога, он верил в Абсолют, но при этом он говорил, что Бог какой? Непостижимый. Я сейчас объясню, к чему это приводит. В принципе, вот это последнее утверждение, что «мы на практике не познаём» – оно правильное. Спасибо большое. Потому что, что происходит в результате этого? Если мы отрицаем Веды, как единственный способ. В «Шримад-Бхагаватам» говорится, что Брахман, или дух, Бог, Абсолютная Истина проявляет Себя в двух формах. Один – это Парабрахман, трансцендентный Бог, Абсолютная Истина, недоступная нашему пониманию. Второе проявление Бога в этом мире – Шабда-Брахман.Брахман, или Бог предстаёт в этом мире в двух формах: в виде священных писаний, шабды, слова и в виде непроявленного, трансцендентного Васудевы, который находится здесь. Если мы отрицаем эту форму Бога, и, в принципе, правильно сказали, да, это форма Бога. Если мы отрицаем её, то мы лишаем себя возможности постичь Бога.

В конце концов, получается, что люди, которые отрицают Веды, и это, к сожалению, удел западной философии. Удел западной философии в том, что она даже в некоторых ситуациях допускает существование Бога, но она говорит, что Он в принципе не постижим. И так как Бог непостижим, так как нет Абсолюта в виде шабда-брахмана, или откровения, то получается моральный релятивизм. Моральный релятивизм – это значит, что нет абсолютного блага, нет абсолютного добра, нет «это – хорошо, это – плохо». Веды говорят, что есть относительное добро и относительное зло, в зависимости от вашего понимания, но, в конце концов, есть Абсолютная Истина. И Абсолютную Истину можно постичь. Есть некий абсолютный путь, который к этой Абсолютной Истине приводит.

Люди, отрицающие Веды, остаются без пути познания Бога, в конце концов. Они тыкаются, и, в конечном счёте, их понимание такое: всё относительно, нет пути, этот путь хорошо для вас, для меня этот путь хорош, все пути одинаково хороши. Это то, к чему в общем-то приводят такие вещи. Абсолютная Истина есть, и она проявляет Себя в виде Вед. И Веды – апаурушея, они не созданы людьми, если мы считаем, что Веды созданы людьми, то мы атеисты. Многие изучают Веды, индологи изучают Веды, но они считают, что это творение каких-то там первобытных людей.

Я быстро перечислю эти шестнадцать даршанов. Их не обязательно запоминать, но просто интересно. Он расставляет их в определённой иерархи. Чарвака, система буддхи, архата, или джайна. Потом он приводит Рамануджу. Потом он приводит пурна-прагью, или Мадхвачарью, двайта-ваду. Потом он приводит шиваитскую систему пашупата. Потом просто шайва. Потом он говорит об алхимических системах. Есть такая расешвара, система алхимии. Просто, чтобы для вас было понятно, что такое ведическая культура. Все они, за исключением первых трёх, толкуют Веды. Потом есть вайшешика, или система акша-пады. Вернее акша-пада – это ньяя. Потом есть ньяя. Потом есть система карма-мимамсы. Потом есть панини и философия языка. Потом есть санкхья. Потом есть Патанджали-йога. И, наконец, есть система Шанкары, адвайта-веданта. Вот, это шестнадцать даршанов. Шестнадцать способов видения мира. Из них, если отнять три первых, тринадцать ведических даршанов. Тринадцать форм интерпретации Вед. Мы не будем обо всех них говорить. Это никак. Чуть-чуть мы скажем о шести основных школах, о которых мы знаем.

Прежде чем мы о них скажем, я хотел бы привести цитату одного удивительного человека. Был в советском союзе такой учёный-индолог, он потом иммигрировал. Он сам изучил санскрит, он был безумно талантливый, был в Гарварде. Его звали Давид Зильберман. Он умер молодым, его сбила машина, трагическая смерть. Он был абсолютно гениальным, одарённым человеком. Он писал книги по ведической философии. Самостоятельно он изучил все шесть философских даршанов. Он написал книгу об этих шести философских системах. Книгу о шести философских системах древней Индии он начинает с того, что говорит: «Я знаю всю западную философию. Западная философия в лучшем случае – это плохое любительство. Если были профессионалы-философы, то они были в древней Индии». Слушайте, это очень интересная мысль. Все возможные идеи, которые могут быть, все возможные способы видения мира последовательным образом изложены в шести философских системах. Все философские системы доведены до совершенства. В этих шести системах есть ньяя, вайшешика, йога и санкхья, карма-мимамса, или пурва-мимамса, и, соответственно, веданта. Он был, действительно, совершенно поразительным человеком. Он мечтал о древней Индии. Он говорил: «Древняя Индия была раем для философов». Мы говорили с вами в прошлый раз об этом, что это был удивительный народ, который искал истину.

Я хотел сказать буквально несколько общих слов. Конечно, я ещё больше хотел сказать. Мы возьмём эти шесть систем и скажем о них несколько слов. Почему это важно? Потому что мы принадлежим к одному из этих даршанов. К какому даршану мы принадлежим? Веданта, к высшему даршану. Есть ньяя, есть вайшешика, есть йога, и санкхья, есть карма-мимамса, и есть веданта. Наша сампрадайа – это часть веданты. Эти шесть даршанов и все остальные тринадцать даршанов, которые приводит, в том числе Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупад в своей книге, он их описывает. Они, в свою очередь, тоже делятся на две категории. Можно сказать, что все даршаны делятся на астика и настика – атеистические и признающие Веды.

Астика даршаны, в свою очередь, делятся на две категории. Первая категория – это самостоятельные философские системы, которые признают Веды, но философию строят независимо от Вед. Ньяя признаёт Веды, вайшешика признаёт Веды, йога признаёт Веды, санкхья признаёт Веды, но их философия не имеет практически никакого отношения к Ведам. Четыре из этих шести систем относятся к этой категории, они признают Веды, но строят отдельные философские категории, используя Веды как некое дополнение. Почему я об этом говорю? Потому что мы с вами сужаем фокус. Почему мы выбираем именно нашу сампрадаю? Мы определили и сказали какие-то удивительные качества индуизма, теперь шесть основных интерпретаций ведических писаний, вот они. Из них мы сразу отвергли атеистические даршаны, мы их не принимаем. Четыре можно сразу отвергнуть. Ньяя, вайшешика, йога санкхья, строго говоря, к Ведам отношения не имеют, хотя формально Веды признают. Тем не менее, если нам как-нибудь повезёт, мне хотелось дать, но, может быть, не тут. Ньяя – это очень интересная система, потому что она в основном имеет дело с гносеологией, или с эпистемологией, пониманием того, как определить, знание моё верно или нет. Я должен постоянно задавать себе этот вопрос. Послезавтра я буду об этом говорить, это будет очень важная часть нашего послезавтрашнего рассуждения.

Мы все что-то знаем? Кто, что-то знает, поднимите руки, не стесняйтесь. Мы все что-то знаем. Хорошо, я хотел говорить об этом послезавтра, просто я хочу об этом сказать. Чем человек отличается от животного? Веды говорят: гьяне нахинахпашубхих саманах, что без знания человек мало чем отличается от животного. Чем знание человека отличается от знания животного? Животные знают что-то? Знают. Знает собака, где мясо лежит? Знает. Знает, как найти это мясо? Знает. Знает, какую территорию ей нужно охранять? Знает. Знает, чего от неё хозяин ожидает? Знает. Собака много чего знает. Муравьи знают что-то? Знают. Оставьте мёд, где-нибудь во Вриндаване, муравьи очень быстро его найдут. Человек знает и животное знает. Почему говорится, что без знания человек подобен животному? Почему знание животного не считается знанием? И что такое знание настоящее? Чем наше знание отличается от знания животного? Мы тоже знаем, мы много чего знаем. (версии из зала) Что значит возвысить своё сознание? Какие-то вы все ненаучные ответы даёте. Правильный ответ на этот вопрос вот какой. Это очень важная вещь. Это то, с чем имеет дело ньяя, и имеют дело все даршаны и все философии. Человек, в отличие от животного… Животное знает, а человек может знать, что он знает. Этот далеко не такая абстрактная вещь. У человека есть способность осознавать. Любая философия должна повышать уровень осознанности человека. В конечном счёте, совершенством философии является наука самоосознания, так назвал свою книгу Шрила Прабхупада.

Когда я просто знаю что-то – я знаю на уровне животного. Когда я задаю себе вопрос о том, что я знаю, я становлюсь человеком. Например, ребёнок плачет. Почему ребёнок плачет? Потому что ему плохо. Ребёнок знает, что ему плохо? Он знает, что ему плохо, но он не знает, что он это знает. А когда нам плохо? Мы можем осознать, что нам плохо. В чём будет разница между нами и ребёнком? Спроси у нас: почему ты плачешь? Мы скажем, почему мы плачем. Когда нам плохо, мы пытаемся сделать что-то, чтобы нам не было плохо. Ребёнку плохо: жарко. Ему просто плохо, он никогда не сможет объяснить, почему ему плохо. Он не сможет ничего сделать, чтобы избавиться от этого. Чувствуете, понимаете, о чём идёт речь? Это очень важная вещь. Человек должен задавать вопрос. Человеческая жизнь, философия начинается с того, что я задаю себе вопрос: «А правильно ли то, что я знаю? Правильно ли то знание, которое у меня есть? Правильное ли моё видение?» С этого вопроса начинается изменение. Потому что я должен посмотреть на этот мир не просто, как я его вижу. Каждый человек что-то знает. Я знаю: это плохо, это хорошо, это мне нравится, это мне не нравится. Это животное восприятие мира. Если я просто смотрю, он мне не нравится, он плохой, он мне боль причинил. Животное точно так же делает. Какой вопрос я должен себе задать? Я должен задать себе вопрос: а правильно ли моё видение его? Такой ли он плохой? Как я должен на него посмотреть, или на неё посмотреть? В конце концов, я должен увидеть, что это душа, что у меня нет необходимости злиться на него, мстить ему, или ещё что-то такое. Чувствуете насколько это практичная вещь? Это не умозрительная вещь. Я становлюсь человеком, когда я задаю себе вопрос: «А знаю ли я то, что я знаю? Правильно ли моё знание?» И ньяя отвечает на этот вопрос. Ньяя разрабатывает эту систему гносеологии. Она объясняет, как человек может обрести правильное знание. Это самое главное.

В сущности, мы всё время должны себе этот вопрос задавать. Потому что наши страдания от того, что наши знания неправильные. Мы страдаем только от того, что у нас есть невежество, что невежество покрывает наше знание. Мы не видим мир таким, как его нужно видеть. Как только мы его увидим правильно, страдания уйдут. Поэтому любая философия, любой даршан начинается с этого. Это достижение ньяи, она разрабатывает все эти методы. Я начну с этого нашу следующую встречу послезавтра. Это очень важный вопрос, который нужно задать себе: «А правильно ли моё знание?» Если оно не правильное, я должен его поменять. Я должен знать, где я могу взять правильное знание, каковы источники правильного знания. Ньяя впервые очень подробно разработала теорию познания: как убедиться в том, что моё познание истинное. Потому что, если моё познание не истинное, то я буду страдать. Она же определяет правила выяснения истины, или устанавливает правила дебатов. Там разработаны правила ведения спора. Когда-нибудь мы дадим… Очень интересный материал есть по этому поводу. Например, в ньяе, в различных книгах по ньяе есть тридцать шесть способов победить противника в споре, тридцать шесть железных способов, как их применять и так далее. То есть ньяя – это логика, это, в общем-то, предварительная система, которая в основном имеет дело с эпистемологией, или с гносеологией, с теорией познания этого мира, и в связи с этим говорит какие-то важные вещи. Этого достаточно про неё. Про вайшешику вообще ничего не будет говорить. Это атеистическая атомная теория. Её создал Канада. Нет смысла о ней говорить.

 

Два слова скажем про йогу и санкхью. Это дуалистические системы. Патанджали автор йоги, и Капила автор санкхьи. Стоит сказать, что до наших дней из этих шести систем живыми остались только две: йога и веданта. Только две системы остались живыми, только у двух этих систем есть какие-то реальные последователи, которые практикуют их. Йога осталась именно в силу её необычайной практичности. Условно говоря, вайшешика имеет дело с материальной составляющей. Йога и санкхья имеют дело с умом. Пурва-мимамса и уттара-мимамса, или веданта имеет дело со следующей жизнью, с кармой, с более высокими вещами. Поэтому мы закончим на этом. Мы описали эти четыре первых системы. Нет смысла на них слишком долго останавливаться. Послезавтра мы поговорим с вами о последних двух даршанах и, собственно, определим, что такое сампрадая, и попытаемся понять, каким образом сампрадая работает, методологию сампрадаи. Это будет очень важная и интересная тема, каким образом возникает философская школа, и что это такое. В общем это тема нашего следующего занятия. Всё. Спасибо большое.

Может, есть вопросы? Да. (вопрос из зала) Да, я сейчас повторю. Я говорил о том, что нам нужно, так сказать, начинать с чего-то, с каких-то правил. Я приводил пример Нарады Муни и охотника Мригари. Нарада Муни сначала дал ему очень либеральные правила, а потом очень быстро ужесточил их и сказал: «Четыре регулирующих принципа и шестнадцать кругов, и служение Туласи». Безусловно, нам нужен старший. Обязательно нам нужен наставник, обязательно гуру, который скажет нам, где мы заблуждаемся. Очень важно, потому что сами мы будем либо фанатично следовать какой-то более высокой дхарме, движимые ложным эго, либо… Обычно качели очень простые. Я видел, как это происходит в обществе преданных. Сначала человек фанатик, он смотрит на всех свысока и думает: «Все вокруг падшие, один я чистый преданный, все йога-брашты, падшие йоги». Человек фанатично следует всему. Потом, в результате этого, он начинает оскорблять людей, следовать становится всё сложнее и сложнее и сложнее. В конце концов, всё это доходит до такого состояния, что он потихоньку начинает ослабевать из-за оскорблений. Его садхана ослабевает. Потом он делает что-то и думает: ну надо же, небо не раскололось, меня гром не поразил. Он один день не читает мантру и думает: «Да вроде ничего». Второй день не читает мантру и думает: «Да, даже лучше, полтора или два часа лишних появилось». Потом он говорит: «Всё ерунда, никаким правилам не нужно следовать». Почему? Потому что и то и другое – это крайности, маятники. Либо он всему жёстко, фанатично следует, всех других заставляет, при этом сам несчастный часто, либо он ничему не следует. Истина всегда посередине. Поэтому нужен наставник, он должен сказать: «Начни с этого». Некоторым людям нужно сказать: «Не повторяйте шестнадцать кругов, повторяйте четыре круга. Со временем будете повторять шестнадцать кругов». Опытный наставник должен обладать чутким сострадательным сердцем, чтобы понять, как человек может постепенно возвыситься. При этом ни в коем случае нельзя опускать идеал. Идеал есть. Это несомненный идеал. Несомненно, духовные реализации, правила, которые дал Шрила Прабхупада, идеальны. Но мы с чего-то должны начинать. Сами мы будем метаться из крайности в крайность: либо фанатично всему следовать и гордиться этим, либо отвергать все правила и гордиться тем, что мы ничему не следуем. Духовный учитель нужен для того, чтобы мы перестали гордиться. Но мы думаем, что он нужен нам, чтобы мы гордились духовным учителем, и говорили: «У нас самый лучший духовный учитель». Наставник нужен для этого. Спасибо. Это очень важно. Ладно. Спасибо большое. Всё.

Шрила Бхакти Вигьяна Госвами Махарадж ки джай!

Комментирование запрещено