Патита Павана прабху. Лекция из семинара «Травматология духовной жизни». Первичные и вторичные факторы.

Внешние изменения очень опасны. Это признак фанатичного изменения, признак сектанства. Мы думаем, что главный признак вайшнава – дхоти, тилака, сари, или ранний подъем, но это не главный признак вайшнава. Его сердце, его отношения с Кришной в сердце, его мировоззрение – это главное, а внешне это может быть проявлено как угодно. Если время потребует не проявлять каких-то внешних вещей, значит не надо проявлять. Если мы идем на работу, значит надо одеваться так, как принято одеваться на работе. Т.е. нужно учитывать ситуацию, в которой мы находимся. Мы зависим от многих людей и ситуаций, мы не можем быть независимыми в этом мире. Хотя мы и находимся в духовном движении, но мы находимся также в материальном мире, поэтому необходимо учитывать материальную реальность. Если мы не учитываем – это и есть фанатизм, сектанство. Нужно любить и уважать своих родителей еще больше, чем мы их любили до СК. Нужно работать еще лучше, чем до СК, нужно быть еще более ответственными, чем мы были до СК. Если мы пытаемся что-то доказать философскими доводами, это будет выглядеть странно. К нашей культуре еще не привыкли. Привыкание, обычно, протекает долго, и мы не можем просто сказать, что это движение – это хорошо, и всем это сразу понравится. Культура – это внешние вещи. Мы излишне торопимся, и эта торопливость делает нас опасно выглядящими. Тот, кто торопится, всегда опасен. Даже если вы будете просто бежать, вы будете опасны, и все будут отходить в сторону, чтобы вас пропустить.

Если мы вдумчивы, серьезны, пытаемся быть адекватными, оцениваем время, место и обстоятельства, если мы практичны и пытаемся понять, что у людей есть свои предпочтения и не навязываем свое мнение, мы даем выбор. Но мы навязываем: всем должно понравиться то, что нравится нам. Поэтому, чем больше фанатизма, тем меньше вдохновения и больше напряженности. Мы хотим быть героями, выйти на красную площадь крикнуть громко: «Харе Кришна» и потом гордиться этим. Но герой – это дело двух минут, а подвижник — это дело всей жизни. До тех пор, пока мы — герои, нас будут странно воспринимать. Это наше осквернение страстью. Мы не идеальны, надо это признать, и мы никогда не будем идеальными, потому что это мир материи. Как только мы становимся идеальными, мы должны будем тут же умереть и отправиться на Вайкунтху. В тот же момент. А пока мы здесь – мы не идеальны. Поэтому будем не идеально себя вести, говорить, не идеально пахнуть.

Фанатизм – это дешевка. Легко быть фанатом, потому что это дешево, как тройной одеколон. Но мы должны стать экспертами. Мы не должны поражать своим фанатизмом и наглостью, мы должны поражать своей глубиной и красотой. Тогда всем это понравится, но все равно должно быть время на привыкание.

Сегодня мы поговорим, как победить свой ум. Для этого необходима не только Абсолютная Истина, но и абсолютная хитрость. Даже в моменты падений Кришна остается с нами и выстраивает ситуацию таким образом, чтобы мы скорее получили опыт и вернулись к Нему. Кришна все делает совершенным образом. Даже когда мы падаем, мы падаем вперед. Кришна может сделать наше падение продвижением вперед. В этом Его защита. Он не защищает нас от наших последствий, кармы, но Он так их проявляет, что падение превращается движением вперед. Иногда падение – это еще большее продвижение вперед. Во время падения мы можем изо всех сил убегать от Кришны, но, на самом деле, мы будем бежать прямо к Нему. Заколдованный круг.

Мудрецы говорят, что есть несколько основных причин, почему у человека пропадает желание находиться в рамках духовной организации. Они не отличаются от причин, по которым люди уходят из любых других организаций. Текучка кадров – основная проблема материального мира, все приходят и уходят, это самсара. Мы не можем остановиться, мы постоянно двигаемся, даже если мы спим, мы не можем спать спокойно, переворачиваемся с одного бока на другой, самсара заставляет нас двигаться, крутиться. Поэтому, чтобы остановить глобальную реинкарнацию, нужно постараться остановить этот круговорот в своей повседневной жизни. Надо перестать менять работу, семью, друзей, философию, и, в конце концов, перестать менять духовную организацию. Если тенденция все менять еще наблюдается в нашей жизни – это плохой признак. Значит, реинкарнация еще на нас действует. Если хочется все менять, значит хорошо эта жизнь не закончится. Поэтому в духовной жизни есть садхана, регулируемая жизнь, в которой все стабильно, стандартно, все изо дня в день. Садхана – это когда мы бегаем не вокруг себя, а вокруг Кришны.

Говорится, что первая причина, по которой люди уходят из организаций — это настроение временности. Наше сознание знает, что я пришел, чтобы уйти. Почему мы легко себя чувствуем на любой программе? Потому что мы знаем, что в любое время мы можем уйти домой. В этом настроении есть элемент свободы. В этом состоянии ум расслаблен. Мы можем потерпеть несколько дней или недель фестиваля, если мы знаем, что у нас есть дом, и там нас ждет диван. Настроение временности — основная причина того, что у нас текучка. До тех пор, пока мы воспринимаем наш приход сюда как временное явление, пока мы не решили, что хотим остаться здесь на всю жизнь, у нас сохраняется риск падения в любую секунду. Мы приезжаем на фестиваль, и мы знаем, что вернемся домой. Если бы мы запланировали путешествовать со своим ДУ всю жизнь, у нас было бы совсем иное умонастроение. Эффект был бы совсем другой, погружение было бы совсем другое. Но мы приехали, чтобы уехать, и также мы приходим в духовную организацию, чтобы посмотреть, подумать, уйти. Как только мы принимаем решение остаться на всю оставшуюся жизнь — это уже уровень мадхьяма-адхикари. Если мы пришли, чтобы уйти, значит, мы еще каништхи.

Трактаты рекомендуют нам обмануть свой ум. Победить его невозможно. Даже Арджуна отказался с ним сражаться, сразу же. Но мы – «великие йоги», занимаемся пранаямой, а Арджуна отказался и сказал, что в отношении ума должна быть какая-то хитрость. Арджуна, Гудакеша, победитель сна, отказался, сказав, что он даже пробовать не будет. Ум нужно обмануть.

Не всегда мы можем остаться жить в храме, не всегда мы можем отправиться в вечное путешествие со своим ДУ, будем только мешаться, и кто будет нас кормить? Кажется, что войти в это состояние вечности невозможно, но как это сделать? Можно войти в это состояние. Трактаты рекомендуют думать о каждом дне, о каждом духовном действии, о каждом временном периоде, о каждом усилии, как о последнем. Очень интересный опыт происходит! Именно эта медитация позволяет нам войти в состояние вечности. Это секрет йоги. Йога – это не способность прожить 400 лет, это способность понимать, что каждый мой прожитый день может быть последним. Тогда мы начинаем извлекать пользу из каждого дня. И если мы попадаем в состояние вечности, наш духовный прогресс увеличивается в разы. Мы просто понимаем, что мы пришли не для того, чтобы уйти, а для того, чтобы остановиться. И то, что мы готовы умереть уже сегодня вечером, такой настрой позволяет нам жить полноценной жизнью.

Со стороны это не понятно. Если же мы надеемся еще на 100 жизней или на три года, или на три дня, тогда мы все еще в иллюзии. Когда у нас сознание, что наша жизнь длинная, у нас столько возможностей и вариантов, тогда наше падение может быть неизбежно. Поэтому ачарьи говорят, что преданным служением нужно заниматься, как последним занятием в своей жизни. Т.е. мы готовы на этом остановиться. Но если мы пришли, чтобы уйти, мы не извлекаем из ситуации блага. Пока лекция идет, наш ум уже сходил, пообедал, сбегал на рынок, купил продукты, пришел домой. Но йога – это оставить ум там, где он находится. Ум постоянно уходит, и поэтому мантра дает такой мизерный результат — 1/10 000% из того, что мы должны получить. Ум просто хлопает дверью и уходит со словами: «Мне на тебя наплевать! И мне наплевать, что ты уже 10 лет читаешь мантру».

Почему мы попадаем в круговорот реинкарнации? Потому что слишком поздно задумываемся о смерти, о временности жизни. Люди думают о жизни, как о чем-то постоянном, но в результате оказываются в самом непостоянном положении – реинкарнируют из жизни в жизнь. Как нас учил думать о жизни Шрила Прабхупада? Он учил нас думать об этой жизни, как о последней. Мы не просто должны знать, что эта жизнь последняя и сразу успокоиться, нет. Мы успокоимся, когда будем думать об этой жизни, как о последней. Это понятно? Т.е. нас уже не будут волновать желания нашего ума, и т.д.

Шрила Прабхупада учил нас думать о том, что уже не будет вариантов, мы должны сосредоточиться на этой жизни, осознать ее ценность. Мы должны понять, что это — последний вариант, и извлечь всю выгоду из этой жизни, из своей духовной практики. Если мы будем думать, что этот день – последний в нашей жизни или эти 16 кругов – последние в моей жизни, тогда жизнь действительно станет последней. Но если мы пришли, чтобы уйти, тогда жизнь действительно станет вечной…в круговороте самсары.

Еще одна причина текучки в духовных организациях – ощущение ненужности. Ненужность возникает тогда, когда руководитель считает своих подчиненных взаимозаменяемыми. Говорится, что нет ничего более опасного для организации, чем лозунг: «Незаменимых нет». С одной стороны кажется, что это очень удобно. Когда преданный может выполнять все виды служения, он легко и просто заменяет другого преданного, это кажется очень практичным. Это похоже на выработку смиренного настроения. Но в действительности, это может привести к жуткой текучке кадров. Как можно вызвать чувство верности и стабильности в организации, которая считает своих сотрудников обыкновенными запчастями? В армии это называется пушечным мясом: бросили, «ну, погибли, новых бросим». Пока мы думаем, что нет никакой проблемы, что преданные уходят, что мы пойдем, проведем фестиваль, который вновь пополнит наши ряды пушечным мясом, — мы не перейдем на стадию зрелости, мы так и останемся детским садом. В детском саду нет проблем – новых нарожают. Не смотря на то, что душ бесконечное количество, каждая душа для Господа бесконечно дорога и неповторима. Пока это настроение не придет в наше общество, мы будем бесконечно бороться с гунами материальной природы в виде текучки кадров.

Люди уходят быстро, поэтому, какая возникает мысль? Нет смысла тратить время и деньги на их обучение и заботу о них. И поскольку организация перестает вкладывать что-то в человека, ему легко с ней попрощаться. Организация требует от человека полного предания, но сама ничего не хочет в него вкладывать. В такой организации текучка будет 50 %. Но духовная организация должна иметь своей целью сохранение своих адептов.

В организации с большой текучкой никому не выгодны сотрудники с неповторимыми качествами, потому что потом их некем будет заменить, иначе говоря, личности не нужны, эффектные личности не нужны. Поэтому пропадает смысл в развитии, в обучении, в поддержке тех, кто становится необычным, ярким. Где потом найдешь такого, кто смог бы его заменить? Личность никем не заменишь, и в этом наша главная проблема, потому что у нас до сих пор сохранился имперсонализм. Но Шрила Прабхупада говорил, что мы — личностное общество. И когда преданные видят, как другие уходят, они задумываются, что, может быть, они долго здесь задержались, и что-то с ними не так. Может быть, надо искать более теплое место. Так майя убивает духовность на корню.

Преданные часто считают, что успех приходит к тем, кто рано встает. Но это только начало. Надо не только рано встать, но и встать в хорошем настроении. А если встал и тут же пошел со всеми ругаться, тогда толк от такого раннего подъема нулевой. А как может быть хорошее настроение, если ты знаешь, что тебя могут сегодня заменить любым? И поэтому, ты никому не нужен. Если мы перестаем быть винтиками, становимся слишком личностными, мы перестаем быть нужными. Если всегда готовить средненький пир, то никто не будет ругаться, а если один раз пригласить хорошего повара и потом поставить плохонького, тогда все начнут ругаться. Поэтому, что выгоднее? Всегда готовить абы как. Все будут довольны. А что говорят ачарьи? Они говорят, что мы должны плакать по тем, кто ушел, а не проклинать их вдогонку. Но мы плачем по Кришне, а по Его детям не плачем. У нас легкое объяснение уходам: «Они и не приходили в сознание Кришны, они и не были преданными». Но так мы оскорбляем энергию Кришны, и мы не понимаем, что если мы не плачем по ушедшим, то и по нам особенно никто плакать не будет, а есть подозрение, что еще и проклянут, и пожелают сгореть на медленном огне в аду.

Уходящий человек показывает нам, что двери нашей организации не просто открыты, из них страшно дует. Наше сердце каменное и холодное. Мы готовы плакать по Кришне в показном порядке, но плакать друг о друге мы не готовы, поэтому мы еще не организация. Мы все еще имперсоналисты. У нас зашоренное видение, мы видим Кришну, но друг друга мы видеть не хотим. Мы мешаем друг другу, толкаем. В Индии такая традиция: все толкаются. Трудно в храме находиться, когда там много индусов.

Холодный ветер – это непонимание, что в теле каждого находится душа и Сверхдуша. Это означает, что мы не поняли 2 главу БГ. Если мы ее поймем, мы начнем плакать по тем, кто ушел, и плакать по поводу тех, кто еще не пришли. Шрила Прабхупада плакал, когда видел людей, ехавших на работу: «Как мы можем им помочь?!». И он плакал, когда люди уходили: «Как мы могли это допустить?!». Поэтому, мы должны плакать не только по Кришне напоказ, но и по Его частичкам.

Вопрос: что такое баланс между сохранением традиции и современным положением вещей?

Ответ: нужно отличать основополагающие принципы и те идеи, которые дают возможность применяться в зависимости от времени, места и обстоятельств. Есть основные вещи, которые не меняются, которые утверждены ачарьей, как основные точки нашего развития, и есть вторичные факторы, которые могут меняться в зависимости от ситуации. Если вторичные изменения не затрагивают первичные, то это называется практичностью. Если затрагиваются первичные принципы, тогда есть опасность размытия традиций. Мы не меняем несущие стены, но обои можем менять. Главное — приготовить прасад, не важно, в какой кастрюле, бронзовой, алюминиевой, золотой. Никто не спросит, в какой кастрюле вы будете готовить. Еще может быть спросят, как приготовили, но я ни разу не слышал, чтобы спросили, в чем готовили. Есть много чего вторичного, основного всегда мало, но зато огромное количество вторичного. Главное — не путать, что должно стоять на первом месте. Для этого есть старшие, духовные учителя, мудрецы, которые следят, чтобы не происходило путаницы и не подменяли первичные принципы вторичными. Главное – сохранение своего правильного настроения служения Кришне. А каким образом – каждый выбирает сам. Когда мы хотим спать, для нас главное — выспаться, и не важно, в какую сторону мы ляжем головой. Если сильно устал, везде восток. Если тебя интересует, где восток, значит, ты не сильно устал.

Вопрос: как разобраться, что первично, а что вторично?

Ответ: спросить. Мудрец от глупца отличается тем, что он спрашивает перед тем, как что-то сделать. Глупец сначала сделает, все сломает, потом начнет спрашивать, что он сделал не так. Мудрость – это не количество накопленной информации. Это умение вовремя спрашивать.

Если мы не слышим человека, а он не слышит нас, может быть мы стали слишком гордые? Один святой говорил: «Если видишь начинающего преданного, возносящегося на небо, схвати его за ноги и сбрось на землю». Потому что чем выше он взлетит, тем сильнее ударится, когда будет падать.

Гордость не дает нам говорить с людьми на одном языке. Мы стали хорошими учеными, но непонятными проповедниками, переходим на духовный сленг. Мы должны учиться жертвовать собой ради других. Но чаще мы жертвует другими ради себя. Духовный опыт бывает различного порядка, но он всегда будет интересен тому, кто испытал подобный опыт. Все и все, кто рядом с нами подсказывают нам как нам идти к Богу, мы просто не хотим присмотреться, прислушаться. Мудрец – это тот, кто вдумывается, всматривается в то, что происходит вокруг, а не просто затыкает уши и закрывает глаза, и тогда он становится понятен. Разумный преданный может много для себя открыть не только в ведической литературе, во всем мы можем получать подсказки для своего духовного развития. Это не значит, что он ищет где-то еще. Если жизнь дает какие-то подсказки, он не отвергает их зло и оскорбительно, он пытается вдуматься, что если жизнь что-то дает, значит, он должен извлечь из этого какую-то пользу. Нам есть чем поделиться и мы должны быть открыты для слушания. Мы не только хотим говорить и перекрикивать других людей. Но проповедь без общения – некультурная, агрессивная проповедь, и никому это не понравится. Такой проповедник также перестает испытывать счастье от своей проповеди и перестает проповедовать.

Мы не должны слепо отвергать все, что находится вокруг нас, мы должны научиться отличать полезное от неполезного. И не полезное не значит не ведическое. Овощи, которые мы едим, выросли не в Индии, они выросли непонятно у кого, какие люди их выращивали, какими удобрения они пользовались. Тогда не нужно есть эти овощи. Овощи, которые мы едим – не ведические, мы сидим в здании, построенном не по васту-шастре, кстати, курта и чоли – тоже не ведическая одежда. Но никто об этом не задумывался. Плохое – это не значит не ведическое, плохое – это значит то, что действительно мешает моему духовному развитию. Но мы мыслим очень узко, и никто не может объяснить, что такое ведическое, а что нет. Баклажаны ведические или нет? Помидоры, картошка и морковка – ведические или нет? Кастовые брахманы до сих пор рвут друг на друге курты и чадры, доказывая, что все, что растет под землей – неведическое.

Так вот, мы несем не ведическую культуру, мы несем культуру милосердия. Наша культура – представление Прабхупады, мы несем его милосердие. Он посмотрел на нас и сказал: «Уголь до бела не отмоешь». И просто дал нам это. А мы себя считаем великими носителями. Эта культура изменила наши мечты, мысли могут остаться теми же. Они умрут вместе с телом, но вот мечты… они поведут нас дальше, к Кришне. Это дал нам Прабхупада и духовный учитель, они дали нам мечты. Об этом мы должны думать каждый вечер: какие наши мечты, а все остальное, мысли – они приходят и уходят, и Бог с ними.

Неполезное, как мы выяснили это не просто не ведическое, это то, что уводит нас от Бога. Но есть еще одна опасность – много ведического может уводить нас от Бога. И еще дальше! В Ведах миллионы дорог ведут мимо Бога. Но нас больше пугает то, что не имеет ведических корней. Ачарьи говорят, что 100% ведические писания – это ШБ и БГ, они на 100% не изменены и не переписывались, только в них можно быть уверенными. В остальном можно усомниться. Поэтому мы должны держаться этих двух произведений и не отходить от них. В Ведах чего только нет. В материализме столько нет, сколько в Ведах. В Ведах все материальные желания можно оправдать! Если мы не будем стараться сами понять, что нам помогает в духовной жизни, и что мешает, если мы не будем пробовать это использовать и не будем применять мозги, если мы не будем учиться вдумываться в то, что дает нам жизнь, всматриваться в то, что нам дается, мы можем настолько сузить свое мышление и попасться на этом, и уже ничего не будем видеть перед собой. Культура – это обмен, а обмену можно научиться, став мудрыми, не отвергая сразу, это важная функция разума, это и есть пробудившийся разум.

Если мы действительно в СК, мы все можем понять, все чаяния человека, как все может служить Богу, как все может вести к Богу. Как все может помогать понять Бога, если мы в СК. Если мы что-то не можем понять, может, мы еще понимаем ограниченно, однобоко?

Мы хотим быть великими, но забываем о скромности. Ведическая культура должна быть понятна, трудно понять то, что непонятно. Мы виноваты в том, что окружающие нас люди, встречая нас, отвергают духовную культуру, это наша вина. Если мы — носители духовной культуры, то почему ее не видно? Духовность имеет запах. Нельзя упрекать того, кто не видит в нас духовной культуры, мы должны в себе разобраться, может быть, мы не то несем, или оно не так пахнет приятно. Если люди, глядя на нас, думают, что если это верующие люди, то я не хочу быть верующим, то кто, на самом деле, в этом виноват? Если человек смотрит на нас и говорит: «Я таким быть не хочу», мы должны задуматься, почему это происходит, почему глядя на меня, он не хочет быть верующим человеком, что я делаю не так? Но мы высоко взлетели, считаем всех материалистами. Мы не хотим увидеть проблему в самих себе. Мудрость – это видеть проблему в самом себе также. Если мы не видим ее в самих себе, мы не мудры, мы агрессивны. Между мудростью и агрессией – один шаг. И в том, и в другом случае мы видим проблему. Наша любовь к Богу можем напрягать кого-то. Часто ДУ говорят: «Не напрягайте людей, не можете вдохновить, не напрягайте, потому что это не наша культура. Наша культура – вдохновлять!». Мы не можем вдохновлять, но обвиняем других в том, что они демоны. Они не демоны, просто мы еще не можем вдохновлять. Может, мы еще не стали носителями Бога, может, мы еще носим в себе свои проблемы, сомнения, недовольства, непонимание. Мечты дают основной запах. Проповедник – это тот, у кого высокие мечты, глубокие мечты. И над этим надо работать каждому в отдельности. Харе Кришна! Шрила Прабхупада, ки-джай!

Комментирование запрещено